Передо мной семь писем, написанных в далеком 1941 году полочанином Василием Викентьевичем Катушёнком. Принес их в редакцию его сын Леонид Катушёнок, ныне пенсионер, ранее работал на Новополоцком НПЗ, а затем прорабом СМП №715 треста «Белтрансстрой».
![](https://www.pvestnik.by/wp-content/uploads/2024/07/IMG_5028-kopiya.jpg)
С надеждой на встречу
У моей бабушки Ольги Игнатьевны было четыре сына — Василий, старший, мой отец, Николай, Яков и Александр, — так начал свой рассказ Леонид Васильевич.
22 июня 1941 года, 4 часа утра. Братья, а также маленький Лёня, пришли порыбачить на озеро в д.Бабыничи. Внезапно гул самолетов нарушил утреннюю тишину. «Помню все, будто вчера было, — говорит мой собеседник. — Удивительно красивая природа, мой отец и его братья, веселые, счастливые, и вдруг… Папа был военным, он посмотрел в бинокль и увидел фашистские кресты на крыльях самолетов. 12 вражеских машин летели бомбить мирную жизнь белорусов…»
Василий Викентьевич отправил жену Марию Васильевну, годовалую Жанну и четырехлетнего Лёню на поезде в эвакуацию, в Горький. Недалеко от Полоцка поезд попал под бомбежку. Мать, прижав дочку к груди, за ней Лёнька выскочили из эшелона. Кругом взрывы, земля — в разные стороны. Мальчик упал, но сумел подняться и устремился за мамой в лес… Когда закончился этот ужас, они увидели обломки эшелонов, останки людей… Дождались, пока поезд и дорогу приведут в порядок, чтобы отправиться дальше.
Письма с фронта
В Горьком Мария Васильевна занималась ремонтом военного обмундирования. И ждала писем от мужа.
Первое датируется 11 июля 1941 года. «…Город Полоцк весь сожжен, — пишет Василий. — Остались только трубы. Оставшиеся магазины, склады разграблены… Бои идут большие, авиация не дает покоя… Все думаю: как вы доехали или еще в дороге? Будьте здоровы. Целую всех. Обо мне не беспокойтесь. Василий».
«Пишу с дороги в городе Западная Двина. С Боровухи выехали 14 июля. Боровухи больше нет, сам собственноручно поджег склады и на оставленной машине догнал своих в Домниках, и сейчас на машине движемся по направлению Смоленска… Все писать, что происходит, не могу, города горят, беженцев полны дороги, почта нигде не работает… Едем в штаб за назначением. Целую всех. Жив, здоров. 21 июля 1941 года. Вася».
Следующее письмо Василий Катушёнок писал в Чернигове. «Жива ли ты, Лёня, Жанна? …Напала такая тоска и злоба на этих фашистов, видя все, что они приносят мирному населению. …При остановке в г.Белый попали под бомбежку 9 самолетов… Здесь я по-настоящему перепугался. Когда видишь, как летят бомбы на тебя. Но мы уже привыкли… Целую вас. Лёне скажи, что папа воюет. 31 июля 1941 года. Василий».
«Нахожусь в окрестностях Киева… Кругом все гудит от выстрелов орудий, снаряды шелестят где-то вверху, треск пулеметов… В небе все время кружат ястребки, сейчас идет воздушный бой… Как вспомню вас, все настроение падает… Будьте здоровы. Целую Жанну и Лёню. 10 августа 1941 года. Василий»
У остальных братьев Катушёнок — своя судьба. Яков и Александр работали на военном заводе в г. Чкалове. В январе 1944 года Александра призвали в армию. Воевал геройски: награжден орденами Славы II и III степени, Отечественной войны II степени, медалью «За отвагу» и другими наградами. Вернулся в Полоцк, работал в ПТУ №2 завхозом. Яков после освобождения Беларуси приехал в Бабыничи, затем отправился в Карелию, работал на заводе. Николая призвали на флот, был ранен, затем служил в батальоне обслуживания Ленинградского училища подводного плавания им. Кирова. После демобилизации работал на универсальной базе в Полоцке.
Не вернулся
«Вчера получил две телеграммы. Большое событие, мои орлы, т.е. бойцы взвода, кричали ура по сему поводу. Они мне помогали разыскивать вас. Я сомневался, что ты добралась до Горького. Я посылал письма и телеграмму в Москву в справочное бюро. Теперь я спокоен… Слышен свист наших снарядов, которые летят через голову на этих варваров немцев. …Авиация их, мессершмитты и юнкерсы, летают редко, им дают такого жару, что не знают, куда скрыться… Ты не беспокойся зря, без пользы дела голову не положу… Лене скажи: папа бьет немцев».
Последнее письмо с фронта младшего воентехника В.В.Катушёнка написано 31 августа 1941 года. Как выяснил в архивах Леонид Васильевич, сотни тысяч наших воинов в июле-августе 1941 года держали оборону Киева, были окружены, попали в плен и были отправлены в фашистские концлагеря. Среди них был и его отец. Он попал в концлагерь «Шталаг-360», который находился около г.Ровно (Украина). Погиб в лагере 8 апреля 1942 года.
Сын решил больше узнать о предках, составил генеалогическое древо. «Хочу, — заметил Леонид Васильевич, — чтобы мои потомки знали историю своего рода, предков, и достойно продолжали традиции семьи».